«Газовый Сталинград», «битва за маяки», «молочные и трубные войны» между Украиной и Россией ни что иное, как  воскрешение прежней вековой борьбы Великого княжества Литовского и Московского царства. В иное историческое время иными геополитическими игроками использующих иное оружие в своей борьбе.  Но цели этой борьбы схожи – гегемония того или иного православно-цивилизационного проекта на просторах Евразии. С одной оговоркой, если Россия более-менее осознает свои  интересы в Евразии, то для Украины только сейчас становятся очевидными ее восточные интересы. 

До последнего момент характер политического режима в Украине не вступал в диссонанс  с той системой  власти, которая сформировалась в России после развала СССР. И режим Кучмы, и Ельцина, а позже Путина по своей сути являлись и являются позитивистскими, неидеологическими, представляя собой сплав старой советской бюрократии и новой буржуазии, сформировавшейся в бурные 90-е. Конечно же, есть принципиальные различия Украины от России. Например, наличие в Украине мощного идеологического ядра  в виде галицийских интеллектуалов и политиков с их национал-демократическими идеологемами или  же  мощь силовых структур в России и их фактическая немощь в Украине и т.д. Тем не менее, до последнего времени  политические режимы Украины и России были схожи и находили общий язык, не смотря на все разногласия, которые периодически возникали между странами.

Оранжевая революция изменила природу взаимоотношений между политическими режимами Украины и России. После победы Ющенко Украина получила революционный режим, нацеленный на слом сложившейся при Кучме системы. Что касается внешней политики, то ее главной целью было закрепление  Украины  на орбите евроатлантического сообщества. При этом  в 2005 году Киев пытался надеть на себя тогу главного демократизатора на постсоветском пространстве.

Это вылилось в ряде неуклюжих  попыток по реанимации и созданию ряда проектов - реанимации ГУАМ, создании Содружества демократических государств и т.д. и т.п. Пока что эти усилия оказались, мягко говоря,  не очень удачными. Если быть объективным, то у Украины нет ни ресурсов, ни концепции, чтобы проводить идеологическую, экономическую и прочие виды экспансии в СНГ.

Однако, агрессивная риторика Киева основательно всполошила российский истеблишмент, который осознал, какую угрозу может повлечь за собой заигрывание дальнейшая слабина в отношении Украины. Для московитов украинская угроза целиком рациональна и очевидна – успешность оранжевого проекта, его экономическая и идеологическая состоятельность и жизнеспособность, уже  в ближнесрочной перспективе, могла обернуться большими потрясениями внутри самой России и усилением ее зависимости от внешних игроков.

Поэтому, Россия стала методично и со вкусом создавать проблемы оранжевому Киеву, используя тактику ассиметричных ходов. Поскольку украинский МИД уже давно перестал был самостоятельным центром выработки внешнеполитических стратегий, неудивительно, что ответы Киева был просты и до тупости предсказуемы. Птенцы «гнезда Тарасюкова»  с легкой руки Бориса Ивановича «успешно» проигрывали миллиардные интересы (начиная с печально известного турне Тарасюка в Кыргызстан после которого Узбекистан передал «Газпрому» контроль над своей ГТС, усилив влияние России на транзит туркменского газа в Украину) ожесточенно сражаясь за копейки (см. «битву за маяки»). Всей своей «героической» деятельностью украинский МИД хотел доказать, что между объективными экономическими интересами государства и внешней политикой нет никакой связи, а поэтому, можно смело «забить большой болт» на русских и всех их «имперские фобии». Конечно же, когда «нежданно» грянул газовый кризис,

Однако, отставка Тарасюка и К вряд ли изменит ситуацию к лучшему, потому что для того, чтобы отстроить отношения с русскими нужно как минимум вернуться в 2004 год восстановив позитивистский характер политического режима в Киеве. Это в принципе невозможно, учитывая, что политическая надстройка режима Кучмы была успешно  демонтирована во время бурного премьерства Тимошенко. В свою очередь экономическая подсистема вступила в стадию кардинальной перестройки после газового кризиса. Украинская экономика исчерпала все пределы экстенсивного роста не выдержав эксперименты Юлии Владимировны по строительству «PRномики от Тимошенко». Это значит, что Украина действительно становится ИНОЙ вне желания «любих друзів» Ющенко или восточно-украинского олигархата, тщетно старающихся играть по старым правилам в новых исторических  условиях.

Из этого вытекает несколько промежуточных выводов:

Во-первых,  восстановление прежних отношений с Россией невозможно. Внутренний и внешний контекст поменялись настолько, что Украина просто развалится, если попытается дать задний ход. В сложившейся ситуации  Киеву  бессмысленно аппелировать к логике и букве закона каких-то там договоров с Россией. Это все равно, что доказывать людоеду, который твердо намерен вас скушать, что кушать человеков плохо. Не потому что людоед плохой, а потому, что его природа такова и он смотрит на вас как на объект, а не субъект.  Россия прекрасная страна, но какую бы политику она не проводила, она защищает свои интересы  независимо от того, строит ли энергетическую супердержаву, либеральную империю или что-то еще. Украина, не вписывающаяся в эти проекты, теперь всегда будет помехой на пути  реализации ее планов.

Во-вторых, 2005 год продемонстрировал перспективы евроинтеграции для Украины, точнее говоря, их полное отсутствие. ЕС вступил в длительный этап реструктуризации экономических и политических структур после расширения в 2004 году. Европа хочет доступа на украинский рынок, но не желает полноценного доступа украинских товаров на свой рынок. Мусульманские погромы резко увеличивают привлекательность украинской рабочей силы, которая быстро ассимилируется в недрах ЕС, но с чем останется Украина, находящаяся в более тяжелой демографической ситуации, чем более благополучные страны ЕС? В этом драма Украины – будучи страной тяготеющей к европейским ценностям, она имеет преимущественно восточные интересы. На Востоке все или почти все -  рынки, сырье и трудовые ресурсы, но Украина уже «не своя». Она как белая ворона чужая и в Европе, и, увы, уже для России.  Это самая кошмарная ситуация для Киева, оказаться в одиночестве перед более мощными соседями.

Отсюда вытекает два интереса Украины – она заинтересована в ослаблении России, также как и в ослаблении Европейского Союза.

В этой ситуации ответ на вопрос, что Украине делать с Россией, какую стратегию поведения выбрать в отношении этой братской, но уже недружественной державы, очевиден – изменить ее. Точнее говоря, создать такие предпосылки, которые бы позволили  Украине реализовать свои восточные прагматические интересы в интеграционном  блоке с РФ или тем что, от нее останется, в рамках  интеграционного блока который условно назовем «Европа-2» - конфедерацию государств бывшего СССР с наднациональными органами, исключающими доминирование одного из акторов.

Идеальной для Украины выглядела бы такая форма конфедерации, которая бы закрепляла за Киевом статус идеологического  лидерства в православном мире, такого себе primus inter pares (первого среди равных) на постсоветском пространстве.

Для этого ей, прежде всего, предстоит решить проблему безопасности. Это возможно двумя способами.

Первый – вхождение  в НАТО. Вполне вероятно, что 2006 год станет годом, когда Украина получит четкие сроки вхождения в Североатлантический альянс. Интеграция в НАТО решает ряд принципиальных задач, перед которыми Украина столкнется в ближне и среднесрочной перспективе.

Во-первых, будет гарантирована территориальная целостность границ Украины. НАТО не допустит дестабилизации на территории Украины, это очень важно с точки зрения усиления негативных процессов в Крыму.

Во-вторых, вхождение в НАТО открывает  Украине путь к более напористой внешней политике на восточном направлении.

При этом, Украина, во-первых, должна минимизировать риски связанные с контригрой России, во-вторых, системно работать в плане  изменения политического режима в РФ, которые сделают Москву более удобным партнером.

Второй способ – на мой взгляд, более привлекательный, поскольку вступление Украины  в НАТО имеет существенную издержку – в данном вопросе нет национального консенсуса и его педалирование может быть одной из причин развала страны.  Потому, более перспективным на наш взгляд является заключение временного военно-политического союза с США в рамках реализации концепции  «двух осей», которую мы рассмотрим ниже.

Концепция «двух осей»

В начале кратко охарактеризуем эпоху, в которой нам предстоит жить в ближайшие 10-15 лет. Прежде всего, стоит отметить, что мировая капиталистическая система вступает в новый структурный кризис, своего рода Вторую Великую депрессию, в ходе которой произойдет кардинальная ломка многих устоявшихся институтов человеческой цивилизации. Назревает новый передел мира, который повлечет за собой цепь военных конфликтов. Основная линия противостояния пойдет по линии США-Китай на фоне обострения взаимоотношений Запада с исламским миром. Не смотря на тесную взаимосвязь рынков, дальнейшая модернизация КНР (а также Индии) несет очевидные риски для США и Европы.  Китай потребляет все больше ресурсов и постепенно расширяет свой емкий рынок. Если тенденция не изменится, то рано или поздно возникнет момент, когда емкость внутреннего рынка КНР станет равноценной или превзойдет рынки США и Европы.  Что позволит переориентировать китайские производственные мощности с экспорта на внутренне потребление.

Проще говоря, все идет к тому, что Китай строит второй «золотой миллиард», но вся беда в том, что в рамках существующей миросистемы ресурсов хватит только на один «золотой миллиард».

Если говорить языком цифр, то для того, чтобы 1,250 млн. китайцев доход на душу населения в 42 тыс. долларов в год  какой имеют сейчас 280 млн. американцев необходимо 3,5 планеты Земля. Отсюда возникает дилемма -  или США преграждают доступ КНР (а в пределе и Индии) к невозобновляемым ресурсам или в течении 5-7-10 лет Китай переключает на себя сырьевые потоки и становится экономикой номер один  со всеми вытекающими стратегическими последствиями. Китай сейчас активно сотрудничает с такими оппонентами США как Иран, Венесуэла и т.д. Поэтому, подготовка США к войне с Ираном имеет конкретное китайское измерение – допустив превращение Ирана в одного из главных углеводородных доноров КНР,  США автоматически усиливает своего главного конкурента.

Стратегия США в отношении КНР носит многоуровневый характер – США постепенно окружают Китай по периметру военными базами и дружественными странами. Именно поэтому для Вашингтона успешная реализация стратегии сдерживания КНР напрямую связана с российским фактором. Предоставив доступ к своим ресурсам и заключив военно-политический союз с КНР Россия способна торпедировать все  усилия США  по нейтрализации китайской суперсилы. В этом смысле цветные  революции

были одним из механизмов давления Вашингтона на  Москву с целью сделать ее более сговорчивой по китайскому и целому ряду других важных вопросов, которые, впрочем, не относятся к предмету статьи

.

Теперь вернемся к Украине и рассмотрим ее перспективы накануне «большого передела» в Евразии.

Краткосрочная и среднесрочная задача Украины заключается в стабилизации политического режима и наращивании экономических мускулов. Для этого Украина должна сделать главную ставку на США как на гаранта ее безопасности. Привлекательность США обусловлена тем, что Вашингтон  уже слабеет, но еще достаточно силен, чтобы быть полезным союзником. В то же время Европа слишком слаба и дезорганизована внутренними проблемами, чтобы проводить внешнюю политику, в которой есть что-либо, кроме мычания относительно демократии, транспарентности и прочей риторики, насколько шумной, настолько же бесполезной для рывка Украины.

Россия внешне восстанавливает свое влияние, но внутри ее нарастают дезинтеграционные процессы в перспективе способные взорвать ситуацию, в результате которых РФ либо развалится, либо там установится государство с ультранационал-консервативным режимом.

Последнее не отвечает как интересам Украины, так и США. Поэтому, Украина должна предложить Вашингтону заключить негласный пакт, согласно которому Украина становится «Южной Корей Восточной Европы» - главным союзником США на Западе Евразии.

Далее Украина при поддержке США должна приступить к формированию блока государств из стран Восточной Европы, прежде всего, Белоруссии, Польши и Литвы, для создания своеобразной «транзитной конфедерации», которая будет контролировать весь поток товаров, энергоресурсов, людей и информации, идущих в направлении Европа Россия и обратно. Условно назовем ее «Речь Посполитая – 2» Это и есть первая, вертикальная ось, создание которой должны инициировать Украина.

Здесь ключевой задачей является изменение политического режима в Белоруссии, которая совместно с Украиной может стать ядром этой конфедерации. Ось Минск-Киев является критически важной ведения активной внешней политики в отношении России. Необходимо либо договориться с Лукашенко, либо принять активное участие в его свержении и установлении в Белоруссии дружественного режима. И то, и другое,  кстати, не настолько невыполнимая задача, учитывая, что в Белоруссии за годы правления Лукашенко сформировалось национальное самосознание. Есть такой интересный факт, если в начале 90-х только 15-18% белорусов считали, что Белоруссия является наследницей Великого княжества Литовского, то сейчас их количество увеличилось до 60%. С учетом процессов происходящих в Белоруссии можно предположить, что она «дозреет» в течении 3-4 лет.

Выстраивание этого геополитического конструкта невозможно без интенсивного развития мифологемы  об общем историческом прошлом во времена  Великого княжества Литовского.

Параллельно необходимо приступить к выстраиванию второй европейской оси – Берлин-Варшава-Киев-Стамбул, главной задачей которой является предотвращение появления континентального блока Берлин-Москва-Пекин. При этом и Украина, и США достигают своих целей. США заинтересованы в ослаблении оси Париж-Берлин и Москва-Берлин и более проамериканской внешней политике Евросоюза. Украина также имеет в этом свой интерес, поскольку любое сближение Германии и России в конечном итоге способствует десуверинизации Украины при лояльном отношении к этому процессу Франции.

Создание оси Берлин-Варшава-Киев-Стамбул меняет конструкцию Европы, которая становится более рыхлой, менее управляемой из Брюсселя.  Кроме того,  усиление восточного направления во внешней политике Германии, вовлекает Берлин в более активную игру на Ближнем Востоке, что в интересах США, которые, очевидно, не справляются разруливанием ситуации в этом регионе. Интерес Украины в этом проекте имеет несколько составляющих:

• Увеличения интереса Германии к Украине, что снижает риск германо-российского сговора
• Развал франко-немецкого альянса подрывает перспективы невыгодного для Украины проект Евросоюза
• Моделирование новых энергетических коридоров из стран Ближнего Востока в Европу и Украину, что снижает зависимость от России.
• Формирование нового пояса безопасности в направлении Евразийских Балкан, который защитит Украину от нестабильности с Юга и Востока.
• Усиление позиций в игре с Россией.

Дальнесрочной задачей при этом является формирование предпосылок для того, чтобы в России изменился политический режим, что позволит Украине создавать те или иные формы интеграции с РФ, облегчит доступ на ее рынки. В случае неблагоприятного развития ситуации внутри России, Украина должна быть готова к тому, чтобы интегрировать в свой состав территории РФ, которые Украина сможет «проглотить» и «переварить» после масштабного конфликта в треугольнике Китай-США-Россия. В этом случае возможно создание конфедерации православных украино-русских государств, где Киев вернет себе роль интеграционного ядра.

Естественно, что в нынешнем виде Украина не готова к реализации такого нового имперско-православного проекта. Для превращения Украины в Украину–Русь необходимы качественные изменения в украинской политике, а об этом мы поговорим  во второй части статьи.

Юрий Романенко, Институт глобальных стратегий, главный редактор «Политэ» (www.politics.in.ua)